Рождения Павла более всего ожидала его бабушка Елизавета, остро нуждавшаяся в достойном наследнике. Официально детей у нее не было, поэтому она выписала из Голштинии своего племянника, сына сестры Анны Карла-Петера-Ульриха, получившего в крещении имя Петра Федоровича.

Но неуравновешенность и другие не самые приятные качества наследника разочаровали императрицу, поэтому она решила сделать ставку на грядущего внука, которого с самого рождения хотела воспитать по-своему.

Что и было сделано. Петру Федоровичу подыскали в Германских землях породистую бесприданницу Софию-Фредерику-Августу Ангальт-Цербсткую, в православии получившую имя Екатерина Алексеевна, брак был заключен в 1745 году.

Но желанного наследника Елизавета дождалась не скоро. Павел родился только в 1754 году, и его сразу забрали от родителей. Императрица окружила его целым штатом нянек и воспитателей, а Екатерину и Петра к сыну подпускали не чаще раза в неделю.

К подросшему Павлу приставили умнейшего и образованного человека – Никиту Ивановича Панина, тот подошел к образованию наследника серьезно и составил обширную программу. Бедному ребенку не оставалось даже времени на обычные игры и общение со сверстниками. Он вставал в 6 утра, потом учеба, вечером взрослые развлечения – приемы и балы.

И хотя Павла нельзя назвать старательным и усидчивым, он обладал хорошими способностями и учился с интересом.

Елизавета умерла, когда Павлу было восемь лет. После короткого неудачного царствования отца – императора Петра III, в результате государственного переворота на престол взошла его мать Екатерина II.

Многие ожидали, что она будет только регентом при малолетнем Павле, но Екатерина не собиралась ни уступать власть, ни делиться ею. Так мать и сын стали соперниками. Воспитатель наследника, граф Панин, мечтал ограничить царскую власть в пользу аристократии, и делал ставку на Павла, настраивая его против матери, внушая ему конституционные идеи. Правда, Павел эти идеи так и не воспринял, но и к политике Екатерины привык относиться более, чем критично.

Екатерина понимала, что многие желают видеть на престоле Павла, и над нею постоянно висит опасность переворота. Значит, сына надо было постоянно держать под контролем и не давать ему ни малейшей самостоятельности.

Павел был оторван от реальной жизни, пропитан романтическими идеалами, особенно рыцарскими, как он их понимал, уделяя особое внимание внешней эффектности и красивым ритуалам.

В 1773 году Екатерина женила сына на принцессе немецкой Вильгельмине, в православии получившей имя Натальи Алексеевны. Как ни удивительно, но Павел был счастлив, он безумно полюбил свою жену. Но вскоре Наталья умерла в родах, а после этого вскрылись ее измены. Императрица сама показала сыну ее письма к любовнику. Павел был безутешен.

Вторым браком его женили на очередной немецкой принцессе, названной Марией Федоровной. Она не отличалась активностью и честолюбием, стремилась стать идеальной супругой и родила мужу десять детей. Павел к жене относился тепло, но не более, и скоро начал ей изменять с фаворитками.

Екатерина, не доверяя сыну, не желала видеть его своим наследником. Она повторила практику Елизаветы, сама занявшись воспитанием старшего внука. Бедный цесаревич Александр Павлович, желая поддерживать хорошие отношения и с отцом и с бабкой, был вынужден лавировать и приспосабливать и, в конце концов, приучился к лицемерию.

Жил Павел с семьей в пригороде Петербурга Гатчине. Он попытался создать там особый мир, отличающийся от екатерининского двора. Идеалом и образцом стала Пруссия – дисциплина, порядок, муштра.

Так как Екатерина не допускала его до государственных дел, Павел увлекся военным делом, особенно разводами войск и парадами. Сутками он пропадал на плацу, добиваясь от своего маленького войска автоматизма в перестроениях. Одевал он своих солдат в прусские мундиры солдат Фридриха II. Жизнь в Гатчине была четко регламентирована. Павел лично контролировал все до малейшей мелочи. Сам он вел очень простую и аскетичную жизнь и мечтал, что, став императором, введет такие правила во всей стране.